Читать книгу квест

Читать книгу квест

  • ЖАНРЫ 360
  • АВТОРЫ 259 632
  • КНИГИ 597 515
  • СЕРИИ 22 378
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 560 037

оборудованная по самым передовым стандартам. Повсюду стерильная чистота, как в операционной. На белейших кафельных стенах бликуют огоньки — отраженный свет многочисленных ламп и лампочек: ярких и тусклых, белых и цветных, ровно горящих и ритмично помигивающих. Алюминиевые полки уставлены пробирками, колбами, ретортами. На столах — шеренги разнокалиберных микроскопов, спектрометров, анализаторов и прочих, еще более хитроумных приборов, назначение которых понятно лишь посвященному. Одним словом, настоящий храм науки. Или же кадр из кинокартины по фантастическому роману Герберта Уэллса.

В абсолютной тишине раздался мышиный писк — это на табло новейшей американской диковины, электрических часов, сменились цифры. Не ведающий погрешностей хронометр зарегистрировал начало новых суток: в нижней строке, обозначающей время, «11.59» превратилось в «00.00»; в календарной вместо «14.04» появилось «15.04»; в строке года («1930») изменений не произошло.

Единственный обитатель чудесной лаборатории, пожилой сутуловатый мужчина в белом халате и черной академической шапочке, рассеянно оглянулся на звук и пропел неважнецким голосишкой: «Уж полночь близится, а Германна всё нет». Продолжения прославленного ариозо из «Пиковой дамы» он толком не помнил и дальше мурлыкал почти без слов: «Я знаю он пам-пам, парам-парам-папам… не может совершить…», однако место, где унылая мелодия вдруг оживает и заряжается адреналином, пропел громко, с чувством: «Ночью и днем только о нем думой себя истерзала я!»

Ученый очень походил на доброго доктора Айболита: седоватая эспаньолка, старорежимное пенсне, только взгляд прищуренных блеклых глазок был очень уж остр, слишком быстры и скупы движения.

Айболит неотрывно, с явственным нетерпением наблюдал за работой какого-то сложного агрегата, отдаленно напоминавшего самогонный аппарат. По длинной змеевидной трубке медленно ползли капли, проходя через многоступенчатую систему фильтров. Время от времени мужчина брал пинцетом из квадратного резервуара стеклянные пластинки, покрытые очень тонким слоем неаппетитного сероватого вещества, и осторожно вставлял их в прорезь прибора. Мигала лампочка, агрегат издавал довольное урчание, движение жидкости в трубке чуть ускорялось.

Наконец прозвучал звоночек, из краника в пробирку упала вялая капля.

— Заждались вас, милочка, заждались, — сказал ей профессор (судя по представительной внешности, да и по великолепной оснащенности лаборатории, это был как минимум профессор, возможно даже академик). Сказал — и хихикнул. Как многие очень одинокие люди, он имел привычку бормотать под нос. Сам себя бранил, хвалил, веселил шутками, сам этим шуткам смеялся. Он вообще был человек веселый, органически неспособный падать духом или скучать.

Зато сердился часто.

— А вы, батенька, мне уже осточертели! — обругал он один из четырех стоявших на письменном столе телефонов, который вдруг взял и затрезвонил. И в трубку Айболит тоже заговорил сварливо:

— Что там еще? Я ведь, кажется, просил не беспокоить!

Шур-шур-шур, зашелестела, оправдываясь, трубка.

— Новое поступление? Ну хорошо.

Так же быстро успокоившись, профессор направился к двери.

Изнутри она выглядела обыкновенно: белая, деревянная — дверь как дверь. Но когда ученый, произведя сложные манипуляции с затвором, открыл ее, оказалось, что створка претолстая, внутри укреплена сталью и открывается при помощи гидравлического механизма, ибо очень уж тяжела.

Вошел ассистент, прижимая к груди квадратный металлический чемоданчик. Белый халат зацепился за косяк.

— Застегнитесь, это научное учреждение, — строго велел профессор, показывая пальцем на высунувшуюся из-под завернувшейся полы кобуру.

— Виноват, товарищ директор.

Молодой человек поставил свою ношу на стол и поспешно оправился.

Однако Айболит на него уже не смотрел. Он быстро набрал на крышке чемоданчика код, отщелкнул крышку.

Внутри лежали три одинаковых цилиндрических контейнера.

«В. В. Маяковский (14.04.1930)»,[1] сообщала надпись на аккуратной этикетке первого.

— Это же литератор! — разочарованно воскликнул директор (а не профессор и не академик; хотя второе и третье первого отнюдь не исключало). — Я читал в газете, он застрелился. Зачем мне литератор?

— Есть распоряжение считать посмертно великим пролетарским поэтом.

— В самом деле? А он разве не в висок?

Читайте также:  Живот женщины фото

— В сердце, товарищ директор.

— Хм, поэт? Черт знает что… Mundus idioticus, — забормотал исследователь. Задумался. — Хотя, с другой стороны, властитель дум, камертон эпохи… Ладно, поставьте туда. А что остальные два?

— Эти присланы от товарища Картусова. По линии загранотдела.

Ассистент достал другие контейнеры, наклейки на которых ученый прочитал с явным удовлетворением:

«У. Г. Тафт (08.03.1930)».[2]

«А. Дж. Бальфур (19.03.1930)».[3]

— Вот это другое дело! — И рукой на помощника: — Ступайте, голубчик, ступайте.

Подождав, пока монументальная дверь закроется, товарищ директор извлек из контейнеров три одинаковые стеклянные банки, кажется, довольно тяжелые. Нажал кнопку — в одной из стен раздвинулась панель. За ней виднелись полки, на них — ряды точно таких же банок. Всё это напоминало отдел маринованных овощей в бакалейном магазине. Точнее, лишь одного овоща: цветной капусты. В прозрачном растворе мирно покоились одинаковые серовато-белые кочанчики. Присовокупив к ним новое поступление, ученый обернулся к своему самогонному аппарату, который, звякнув, исторг из себя еще одну натужную каплю.

— Ну-с, ну-с, пожалуй что довольно, — пропел исследователь на мотив «Интернационала», — пора анализ проводить!

Потер белокожие ручки, капнул из пробирки на стеклышко, сунул стеклышко в микроскоп, взволнованно засопел.

Через минуту-другую вскричал:

— Не то! Не то! Дрянь этот ваш Бенц, вот что!

Теперь он расстроился (да и рассердился) всерьез.

— Mundus idioticus! Однако это невыносимо! Сколько можно? — непонятно приговаривал директор, гневно притопывая. — Что они там, в конце концов?

Он подсеменил к письменному столу, схватил телефон (не тот, что недавно звонил, — другой).

— Семнадцатый, вас слушают, — ответили на том конце. — Говорите.

— Соедините с Заповедником.

Несколько секунд спустя другой голос сказал:

— Да, товарищ директор?

— Давали? — требовательно спросил Айболит.

— Конечно, давали. Ведь нынче третий день.

— Отчет отправлен мотоциклеткой, со спецкурьером.

— Что там, в вашем отчете? — От нетерпения ученый подергивал себя за бородку. — Без воды, только суть!

— Как одиннадцатого. «Ломоносов. Загляните в Ломоносова». Больше ничего.

«Ломоносов. Загляните в Ломоносова», — быстро записал исследователь на листке.

— Этого следовало ожидать. Там, очевидно, система защиты. Ладно, продолжайте сеансы… Ну а я, грешный, буду и дальше тянуть за вымя дохлую корову…

Последнюю фразу он произнес уже рассоединившись. Некоторое время невидящим взглядом смотрел на телефоны, напряженно размышляя.

Снова зазвонил первый аппарат. На диске у него было написано «ПС», что вообще-то означало «приемная-секретариат», но директор любил переиначивать аббревиатуры по-своему.

— Да, псих-стационар, слушаю вас. Что еще?

— К вам двое товарищей из ЦК. По срочному делу.

Хозяин таинственной лаборатории проворчал: «Це-ка, це-ка. Цепные Кобели». Подошел к двери. Открыл, однако, не сразу. Сначала подсмотрел в специальный глазок с широкоугольным объективом, позволявшим видеть всю приемную.

Владимир Владимирович Маяковский (19.07.1893 — 14.04.1930)

Замечательный поэт, который ради революции и советской власти «наступил на горло собственной песне». В последние годы жизни подвергался травле со стороны активистов «пролетарской культуры». Застрелился. После смерти по указанию тов. Сталина был объявлен «лучшим, талантливейшим поэтом советской эпохи».

Уильям Говард Тафт (William Howard Taft, 15.09.1857 — 8.03.1930)

Президент США с 1909 по 1913 гг. от Республиканской партии. В 1921 г. был избран главным судьей Верховного суда США, став единственным президентом в истории, занимавшим этот пост. Ушёл в отставку за месяц до смерти.

Артур Джеймс Бальфур, 1-й граф Бальфур (Arthur James Balfour, 1st Earl of Balfour, 25.07.1848 — 19.03.1930)

Выдающийся государственный деятель, премьер-министр Великобритании с 1902 по 1905 год, депутат Палаты общин от Консервативной партии.

Скачать книгу в формате:

Аннотация

Ночь. Подземелье. Лаборатория,

оборудованная по самым передовым стандартам. Повсюду стерильная чистота, как в операционной. На белейших кафельных стенах бликуют огоньки — отраженный свет многочисленных ламп и лампочек: ярких и тусклых, белых и цветных, ровно горящих и ритмично помигивающих. Алюминиевые полки уставлены пробирками, колбами, ретортами. На столах — шеренги разнокалиберных микроскопов, спектрометров, анализаторов и прочих, еще более хитроумных приборов, назначение которых понятно лишь посвященному. Одним словом, настоящий храм науки. Или же кадр из кинокартины по фантастическому роману Герберта Уэллса.

Читайте также:  Кетоаналоги аминокислот аналоги

В абсолютной тишине раздался мышиный писк — это на табло новейшей американской диковины, электрических часов, сменились цифры. Не ведающий погрешностей хронометр зарегистрировал начало новых суток: в нижней строке, обозначающей время, «11.59» превратилось в «00.00»; в календарной вместо «14.04» появилось «15.04»; в строке года («1930») изменен.

Отзывы

Популярные книги

  • 47272
  • 3
  • 1

«Волшебные твари и где их искать» — это учебник по уходу за домашними животными, обязательный для вс.

Фантастические звери и места их обитания

  • 30735
  • 2

Франц Кафка Превращение 1 Проснувшись однажды утром после беспокойного сна, Грегор Замза обнаруж.

Превращение

  • 44586
  • 14
  • 6

Все думают, что она обычная студентка, дочь обеспеченных родителей, которая живёт в своё удовольстви.

Аромат невинности

  • 40822
  • 8
  • 1

Книга о власти над собой

  • 35526
  • 2
  • 2

Сергей Лукьяненко Черновик 1 Бывают дни, когда все не ладится. Нога с кровати опускается не в та.

Черновик

  • 50430
  • 4
  • 1

7 навыков высокоэффективных семей

Дорогой читатель. Книгу "Квест" Акунин Борис вероятно стоит иметь в своей домашней библиотеке. Существенную роль в успешном, красочном и динамичном окружающем мире сыграли умело подобранные зрительные образы. Мягкая ирония наряду с комическими ситуациями настолько гармонично вплетены в сюжет, что становятся неразрывной его частью. Невольно проживаешь книгу – то исчезаешь полностью в ней, то возобновляешься, находя параллели и собственное основание, и неожиданно для себя растешь душой. Динамичный и живой язык повествования с невероятной скоростью приводит финалу и удивляет непредсказуемой развязкой. По мере приближения к исходу, важным становится более великое и красивое, ловко спрятанное, нежели то, что казалось на первый взгляд. Удачно выбранное время событий помогло автору углубиться в проблематику и поднять ряд жизненно важных вопросов над которыми стоит задуматься. Главный герой моментально вызывает одобрение и сочувствие, с легкостью начинаешь представлять себя не его месте и сопереживаешь вместе с ним. Динамика событий разворачивается постепенно, как и действия персонажей события соединены временной и причинной связями. В главной идее столько чувства и замысел настолько глубокий, что каждый, соприкасающийся с ним становится ребенком этого мира. Гармоничное взаимодоплонение конфликтных эпизодов с внешней окружающей реальностью, лишний раз подтверждают талант и мастерство литературного гения. "Квест" Акунин Борис читать бесплатно онлайн, благодаря умело запутанному сюжету и динамичным событиям, будет интересно не только поклонникам данного жанра.

  • Понравилось: 0
  • В библиотеках: 0

Новинки

  • 29

У Соньки необычная жизнь, а все потому, что ее семья вечно сидит на чемоданах. И не потому, что от.

Твое рыжее проклятие

У Соньки необычная жизнь, а все потому, что ее семья вечно сидит на чемоданах. И не потому, что от.

  • 4

Японская система омоложения тела всего за 3 минуты в день заключается в проработке и растяжке трех.

Здоровое и гибкое тело на всю жизнь. Система доктора Накамура

Японская система омоложения тела всего за 3 минуты в день заключается в проработке и растяжке трех.

  • 6

Как вы уже наверняка догадались, Стив попал в очередной мир в «Майнкрафте»! На этот раз его ждут о.

Дневник Стива. Собачья жизнь

Как вы уже наверняка догадались, Стив попал в очередной мир в «Майнкрафте»! На этот раз его ждут о.

  • 53

S-T-I-K-S. Почва каменистая. Грибы с зубами. .

Дата добавления: 2016-01-21

Кол-во страниц: 32

Поделиться в соц.сетях:

Квест – LEVEL 4 — Акунин Борис краткое содержание

Квест – LEVEL 4 читать онлайн бесплатно

оборудованная по самым передовым стандартам. Повсюду стерильная чистота, как в операционной. На белейших кафельных стенах бликуют огоньки – отраженный свет многочисленных ламп и лампочек: ярких и тусклых, белых и цветных, ровно горящих и ритмично помигивающих. Алюминиевые полки уставлены пробирками, колбами, ретортами. На столах – шеренги разнокалиберных микроскопов, спектрометров, анализаторов и прочих, еще более хитроумных приборов, назначение которых понятно лишь посвященному. Одним словом, настоящий храм науки. Или же кадр из кинокартины по фантастическому роману Герберта Уэллса.

Читайте также:  Настройка часов смарт вотч

В абсолютной тишине раздался мышиный писк – это на табло новейшей американской диковины, электрических часов, сменились цифры. Не ведающий погрешностей хронометр зарегистрировал начало новых суток: в нижней строке, обозначающей время, «11.59» превратилось в «00.00»; в календарной вместо «14.04» появилось «15.04»; в строке года («1930») изменений не произошло.

Единственный обитатель чудесной лаборатории, пожилой сутуловатый мужчина в белом халате и черной академической шапочке, рассеянно оглянулся на звук и пропел неважнецким голосишкой: «Уж полночь близится, а Германна всё нет». Продолжения прославленного ариозо из «Пиковой дамы» он толком не помнил и дальше мурлыкал почти без слов: «Я знаю он пам-пам, парам-парам-папам… не может совершить…», однако место, где унылая мелодия вдруг оживает и заряжается адреналином, пропел громко, с чувством: «Ночью и днем только о нем думой себя истерзала я!»

Ученый очень походил на доброго доктора Айболита: седоватая эспаньолка, старорежимное пенсне, только взгляд прищуренных блеклых глазок был очень уж остр, слишком быстры и скупы движения.

Айболит неотрывно, с явственным нетерпением наблюдал за работой какого-то сложного агрегата, отдаленно напоминавшего самогонный аппарат. По длинной змеевидной трубке медленно ползли капли, проходя через многоступенчатую систему фильтров. Время от времени мужчина брал пинцетом из квадратного резервуара стеклянные пластинки, покрытые очень тонким слоем неаппетитного сероватого вещества, и осторожно вставлял их в прорезь прибора. Мигала лампочка, агрегат издавал довольное урчание, движение жидкости в трубке чуть ускорялось.

Наконец прозвучал звоночек, из краника в пробирку упала вялая капля.

– Заждались вас, милочка, заждались, – сказал ей профессор (судя по представительной внешности, да и по великолепной оснащенности лаборатории, это был как минимум профессор, возможно даже академик). Сказал – и хихикнул. Как многие очень одинокие люди, он имел привычку бормотать под нос. Сам себя бранил, хвалил, веселил шутками, сам этим шуткам смеялся. Он вообще был человек веселый, органически неспособный падать духом или скучать.

Зато сердился часто.

– А вы, батенька, мне уже осточертели! – обругал он один из четырех стоявших на письменном столе телефонов, который вдруг взял и затрезвонил. И в трубку Айболит тоже заговорил сварливо:

– Что там еще? Я ведь, кажется, просил не беспокоить!

Шур-шур-шур, зашелестела, оправдываясь, трубка.

– Новое поступление? Ну хорошо.

Так же быстро успокоившись, профессор направился к двери.

Изнутри она выглядела обыкновенно: белая, деревянная – дверь как дверь. Но когда ученый, произведя сложные манипуляции с затвором, открыл ее, оказалось, что створка претолстая, внутри укреплена сталью и открывается при помощи гидравлического механизма, ибо очень уж тяжела.

Вошел ассистент, прижимая к груди квадратный металлический чемоданчик. Белый халат зацепился за косяк.

– Застегнитесь, это научное учреждение, – строго велел профессор, показывая пальцем на высунувшуюся из-под завернувшейся полы кобуру.

– Виноват, товарищ директор.

Молодой человек поставил свою ношу на стол и поспешно оправился.

Однако Айболит на него уже не смотрел. Он быстро набрал на крышке чемоданчика код, отщелкнул крышку.

Внутри лежали три одинаковых цилиндрических контейнера.

«В. В. Маяковский (14.04.1930)», [1] сообщала надпись на аккуратной этикетке первого.

– Это же литератор! – разочарованно воскликнул директор (а не профессор и не академик; хотя второе и третье первого отнюдь не исключало). – Я читал в газете, он застрелился. Зачем мне литератор?

– Есть распоряжение считать посмертно великим пролетарским поэтом.

– В самом деле? А он разве не в висок?

– В сердце, товарищ директор.

– Хм, поэт? Черт знает что… Mundus idioticus, – забормотал исследователь. Задумался. – Хотя, с другой стороны, властитель дум, камертон эпохи… Ладно, поставьте туда. А что остальные два?

– Эти присланы от товарища Картусова. По линии загранотдела.

Ассистент достал другие контейнеры, наклейки на которых ученый прочитал с явным удовлетворением:

«У. Г. Тафт (08.03.1930)». [2]

«А. Дж. Бальфур (19.03.1930)». [3]

– Вот это другое дело! – И рукой на помощника: – Ступайте, голубчик, ступайте.

Ссылка на основную публикацию
Adblock detector